— Где Лотеску? Или вы и этого не знаете? — Голос Аларда стремительно повышался.

Мысленно досчитала до десяти.

Главное не сорваться, главное не сорваться!

— Приболел.

Немного поиграем, хассаби? Сейчас проверим, случайно ли вы оговорились.

— Серьезно? — приподнял брови Алард.

Какой искренний интерес! Можно подумать, он репортер бульварной газеты. Глаза заблестели, даже наорать забыл. А как же: «Давно пора вас уволить! Чаю хотя бы принеси, дура»? Ладно, хочешь побасенку, получишь.

— Кажется. — Изобразила, будто задумалась, и тоном блондинки, желавшей поделиться секретом, прошептала: — Никому не говорите, но его, похоже, уволят.

— С чего вы решили?

И не орем, не напоминаем про служебную этику. Помнится, Алард таскал за уши и отобрал диктино, когда, еще не прежней должности, сболтнула лишнего про Лотеску.

— Ну, — замялась, как заправская актриса, чертя круги носком туфельки, — ему звонили сверху. Хассаби после пил — я мыла стакан. Вчера тоже. Вот он сегодня, наверное, после вечера…

— Госпожа ишт Мазера!

Вздрогнула и обернулась.

Лотеску!

Начальник выглядел как с иголочки, умудрился за пять минут из вольного художника превратиться в респектабельного аристократа.

Алард гаденько усмехнулся и сдал с потрохами. Если верить ему, я планомерно портила репутацию руководства.

Сжала кулаки за спиной.

Лишь бы Лотеску не поверил!

Уфф, метнул быстрый взгляд и едва заметно подмигнул. Понял.

Отвернулась, звеня чашками. Принесу хассаби кофе, заодно найду повод снять с Аларда волос — в хозяйстве пригодится. Не знаю, маг ли он, на что способны полицейские эксперты, но лучше иметь, чем не иметь.

Эх, в диктино бы еще глянуть! А ведь есть способ.

Коварно улыбнулась.

Иногда секретарши такие неуклюжие!

Определенно, во мне пропадала актриса. Куда там бывшей пассии Лотеску!

Чинно вплыла в кабинет со сладким: «Кофе, хассаби». Начальник кивнул, и я поставила перед ним дымящуюся чашку. Потянулась за второй и якобы нечаянно опрокинула ее содержимое на брюки Аларда. А что, запнулась о ножку стола, не удержала.

Второй зам заорал благим матом, обложил крепким словцом.

Кофе залил не только брюки, но и запачкал пиджак.

Рассыпалась в извинениях и предложила замыть. Алард отказался и, извинившись, ретировался в туалет. Прокралась за ним и замерла у приоткрытой двери, выжидая.

Ну же!

Судьба смилостивилась: второй зам снял диктино и положил на полочку под зеркалом. После скрылся в кабинке. Значит, прибор тоже пострадал от кофе. Ну да, плеснула я знатно.

Набрав в грудь воздуха, метнулась в мужской туалет, схватила диктино и дала деру.

Сердце ухало в груди, уходило в пятки.

Вдруг я ошиблась, вдруг он невиновен? Тогда меня отдадут под суд.

Лотеску ждал на пороге приемной.

— Ну? — набросился он и захлопнул дверь.

Победоносно протянула диктино.

— С кем я работаю? — закатил глаза хассаби. — То шпион, то воровка.

Фыркнула. Вижу же по лицу, ожидал чего-то подобного. Глаза блестят, руки чешутся. Сунула в них украденный диктино и перевела дух. Теперь Алард не сможет обвинить в воровстве.

— Так-так! — протянул начальник и включил прибор. — Сейчас посмотрим, кому звонил мой доблестный помощник.

— Тоже подозреваете?

Нервничая, поглядывала в коридор. Представляю, какая буря сейчас разразится!

— Естественно! — пробормотал Лотеску, углубившись в список звонков. — Кто-то должен знать мои привычки, цвет огнемобиля и всякое такое. Да и больно он радовался, гаденыш!