Удар пришелся прямо в цель, мужчина не успел пикнуть. Вадим вытащил шприц из горла врача и оттащил тело в укрытие. Там он быстро раздел его, прихватил электронный пропуск и коммуникатор. Теперь инъекция, и можно без опаски подняться наверх, выйти из госпиталя, главное, ни с кем не разговаривать.

В глазах немного двоилось, Копылов не сразу смог прочитать имя и фамилию мучителя. Аркадий Назаренко. Что ж, они одной этнической группы, тип лица тоже схож — славянский. Видимо, кому-то наверху стало стыдно, и он решил помочь Вадиму. Пару раз мысленно повторив данные и должность новой личины, Копылов убедился, что запомнил их, и вскрыл упаковку очередного шприца. Пальцы чуть подрагивали, но он сумел ввести содержимое ампулы в вену. Оставалось только ждать, антидот либо подействует, либо нет.

Вадим быстро, как мог, двинулся к выходу. Всего два десятка ступеней, и он на свободе. Действие адреналина заканчивалось, Копылов понимал это по сердечному ритму, но лишь ускорял шаг. Другого шанса не будет, либо сейчас, либо никогда.

Первый этаж ожидаемо занимали административные службы. Механический женский голос ежеминутно делал объявления: то называл номер электронной очереди, то просил врача подойти в ту или иную палату. Выходит, Копылов угодил не в подпольный госпиталь, а в самую обычную больницу. Но почему же на минус первом этаже так пусто? Ответ напрашивался один — туда пускали только избранных, недаром на лестнице пришлось приложить к сканеру пропуск, иначе они не открывались. Значит, и лифт бы просто так не остановился. Настоящая секретная лаборатория! Догадки подтвердил план эвакуации: минус первый этаж значился там как технический.

Вадим двигался медленно, радуясь маске на лице: так не видно, как перекосило лицо. Спазм случился на лестничной площадке, мышцы не желали расслабляться. Может, затронута речь. Тело потеряло привычную подвижность, зрение временами давало сбой, превращая мир в скопище ярких пятен. Копылов двигался по памяти. Он намерено выбрал выход через приемный покой, чтобы его внешний вид не вызывал вопросов. Движения спишут на усталость. Врач после тяжелой операции хочет покурить на свежем воздухе. Хоть бы никто не остановил!

Не остановил.

Пиликнул пропуск, зажегся зеленый огонек, и Вадим буквально вывалился на свежий воздух. Сидевшие на скамейке фельдшера встрепенулись, хотели помочь, пришлось отмахнуться. Маска душила, и Копылов ее выбросил. Словно пьяный, ориентируясь больше по слуху, он двинулся к стоянке мотусов. Зрение утратило краски, теперь все чаще на мужчину наваливалась темнота. Ноги с трудом сгибались. Он судорожно глотал воздух и никак не мог продышаться.

Жертву Вадим наметил заранее. Не сумеет угнать этот мотус, шансов найти другой практически нет.

Дверца открыта, рядом беседуют два гуманоида. Сторонний глаз не отличил бы их от людей, но даже в таком состоянии Копылов понимал, перед ним инопланетяне. Ниже его, астенического телосложения, мужчина и женщина. Вот спутник попрощался с водительницей, прошел в опасной близости от Вадима, ничего не заподозрив. Пора! Копылов со всей силы рванул пассажирскую дверь, понадеявшись на отсутствие блокировки, но сделать больше ничего не успел. Тьма накрыла его, и мужчина потерял сознание, напоследок приложившись виском о крыло мотуса.