Тридцать секунд.

Президент, до той поры что-то тихо обсуждавший с министром обороны, в упор посмотрел на Вадима. Его взгляд крайне не понравился, но времени на раздумья не осталось, совещание началось. Только сейчас Вадим сообразил, кого еще не хватало — секретаря. На совещаниях работали люди, андроидов сюда не допускали, и каждый раз девушка в строгом черном костюме включала микрофоны, налаживала центральный экран. Адмирал догадывался, она служила в Федеральной службе безопасности, но за многие годы так не счел нужным узнать ее имя и звание.

— Ну вот, все в сборе, — вопреки обыкновению, президент взял слово без бюрократических проволочек. — Полагаю, вам известна цель сегодняшнего мероприятия.

Его реплика утонула в полной тишине, однако Вадим чувствовал, что единственный из всех не понял намека.

— Надеюсь, вы понимаете, что наша цель — благоденствие планеты Земля, поддержание мира и согласия в обществе. Чтобы уладить формальности, проголосуем.

За что проголосуем?

Вадим растерянно уставился на монитор планшета. На нем высветилось: «Данная опция вам недоступна». Какого?.. Раздраженный адмирал перезагрузил устройство — с тем же успехом. Тогда он нажал на кнопку помощи, сигнализируя о неисправности оборудования, но ее заблокировали. Сколько Вадим ни нажимал, сигнал не отправлялся.

Между тем на главный экран вывели результаты голосования: тридцать четыре «за», пятеро «против», шестеро воздержались.

— Прекрасно! — Президент с воодушевлением потер руки. — Теперь никто не скажет, что наше решение было недемократичным. Адмирал Копылов, встаньте, пожалуйста.

Вадим поднялся, вытянувшись по стойке смирно. Интуиция отчаянно кричала, что планшет сломался не случайно, как не случайно не пришли на совещание те, кто обычно сидел рядом с ним: адмирал Бейтс и старший советник Окулов. Президент слишком хищно улыбался, чтобы не догадаться, кого выбрали жертвой. Успокаивало одно: за Вадимом не числилось крупных проступков.

Сделав эффектную паузу, глава государства, смакуя каждое слово, озвучил решение:

— Господин Копылов, с этого дня вы лишаетесь всех наград и званий.

Адмирал удивленно заморгал и, прочистив горло, потребовал объяснений.

— Вы обвиняетесь в государственной измене. Результаты голосования по вашему вопросу на экране.

Это бред, не может быть правдой! Какая измена? Все знают, Вадим никогда не продался бы врагу. Опершись рукой о спинку кресла, он недоуменно смотрел на президента. Тот буквально лучился довольством, как и группка офицеров и лиц в штатском по правую руку от президиума, тех, кто довел Землю до конфликта с Лампарусом. Если бы разведка работала должным образом, если бы вовремя провели переговоры, а не поддались на провокацию, уничтожив исследовательский зонд, удалось избежать бы многих потерь. Вадим стал командующим не с первого дня, а тогда, когда прежний подпустил лампарусцев к Марсу. Тогда, когда угроза Земле стала осязаемой, Генеральный штаб решился на отчаянный шаг — бросил в бой молодого и амбициозного офицера «новой волны». Он ничего не терял, старые меры все равно не спасли бы голубую планету, а так появился крохотный шанс. И ведь сработало, произведенный в адмиралы Копылов оттеснил противника далеко в Космос, чтобы наголову разбить. Теперь же его называли предателем. Уж не те ли штабные крысы, которых раздражало, что вся слава, почет достались не им. Вперед, кто мешал стоять на мостике, корректируя работу наводчиков, вытирать кровь, бежавшую из носа и ушей при разгерметизации корабля, стрелять в упор в рукопашной. Но они предпочитали сидеть в кабинетах и загребать жар чужими руками.

В Вадиме закипала злоба. Рывком отключив планшет от Сети, он засунул его в карман и направился к проходу между рядами.

Друзья… Хотелось горько смеяться. Теперь Вадим знал, почему места рядом с ним пустовали. Трусы! Боялись взглянуть ему в глаза, открыто занять чью-то сторону.

Всего пятеро смелых. Интересно, кто? Вадим остановился и обвел глазами зал, пытаясь прочесть по лицам, кто и как голосовал. Многие отводили взгляд, прятались за экранами. А еще говорят, будто армия — место для достойнейших. Как же они отдавали приказы, если оказались не готовы к простейшему испытанию.

Но если президент решил, будто Вадим молча проглотит обвинение и добровольно сдаст награды, он просчитался. Предвыборная кампания будет испорчена, черт возьми, если оппозиция предложит, Копылов выдвинет свою кандидатуру. И еще неизвестно, кто кого.

Адмирал, оттолкнув пытавшихся преградить дорогу сотрудников охраны, поднялся к президиуму и остановился против главы государства.