Выдумала ли госпожа Медира описание внешности? Это тоже можно проверить. Пепел со стола врача отдали специалистам, если повезет, они скажут, кто сжигал бумаги. Имени, разумеется, не назовут, а вот пол, возраст и общие приметы – возможно.

Словом, придется опять прогуляться в лабораторию, желательно в компании судебного мага, осматривавшего место происшествия.

Следователь, чей кабинет оккупировал Королевский прокурор, терпеливо ждал, пока начальник обратит на него внимание – наверняка даст нудное и долгое задание, — и тайком дожевывал бутерброд. Увлеченный материалами дела Брагоньер не замечал грубейшее нарушение, и бедняга радостно успокаивал урчащий желудок.

Захлопнув одну папку, соэр взялся за вторую.

Кончики губ едва заметно приподнялись.

Вот и ниточка!

Двое! Это многое объясняет. Один убивал, другой искал тайник, а затем избавился от исполнителя.

Задержанные в пригороде молодые люди по большей части понятия не имели, откуда у них появлялись наркотики. Их вообще мало что волновало, кроме собственного удовольствия. Оно обязано доставляться по щелчку пальцев. Брагоньер подобных людей не терпел и оставил арестованных, несмотря на ходатайства верхушки Сатии, в тюрьме при Управлении. Попутно наверняка всплывут основания для предъявления обвинения. теперь соэр мог себе позволить «чистку» общества от субъектов, которые, по его мнению, способствовали вырождению Тордехеша.

Взятки и жалобы королю не помогут. Брагоньер не принимал чужих услуг, не говоря о деньгах и подарках, и не испытывал страха перед власть имущими. Прежде над ним стояли градоначальник и Королевский прокурор, теперь он сам стал правосудием Сатии.  Король… Пожелает регент (именно так, соблюдая все правила, полагалось называть нынешнего монарха, но никто не питал иллюзий и понимал, принц доживает последние годы) отправить в отставку, соэр уйдет, но принципам не изменит. Любителям «травки», насильникам и убийцам место в тюрьме и на плахе, независимо от титулов. Брагоньер не питал к ним ни капли уважения, даже не считал мужчинами – увиденное в предместье низвело молодых людей до животных.

Итак, большинство задержанных никогда не видело наркоторговца, но парочка с ним общалась и охотно, надеясь на нисхождение, поделилась его описанием. Так вот, оно сходилось со сбивчивыми показаниями покойной госпожи Элии Медиры. Брагоньер в совпадения не верил.

Соэр захлопнул папку и передал следователю.

— Соседей уже допросили?

— Работаем, — дежурно отрапортовал дознаватель.

Брагоньер смерил его взглядом «вранье чую за милю» и холодно поинтересовался:

— Почему вы здесь?

Следователя прошиб холодный пот. Он понимал, что нарушает инструкции, но уж больно хотелось покоя, еды и сладкого сна. С допросами ни одного, ни другого, ни третьего не увидишь.

— Я дал необходимые показания, помощник справится, — попытался спасти положение дознаватель. – Ему нужна практика.

— Если мне не изменяет память, — слова Брагоньера хлестали наотмашь, — помощник следователя проходит стажировку под присмотром наставника. В его обязанности входит контроль над действиями подопечного, обеспечение соблюдения правовых процедур. Помощник следователя не наделен правом подписи протоколов осмотра, не имеет права проводить обыски самостоятельно, а также не несет ответственности за раскрытие дела, закрепленного за наставником. Вам предельно ясно?

Казалось, взгляд соэра способен испепелить. Не пламенем – демоническим холодом невидимых ледяных игл. Водянистые, практически бесцветные зеленые глаза лишь усиливали эффект.

Дознаватель втянул голову в плечи и кивнул.

В воздухе запахло выговором с занесением в личное дело.

— Итак, ваши действия? – Брагоньер не остановился на достигнутом.