— Помню! – буркнула девушка. – Я и так кровница по уши.

Если на теле вампира останутся шрамы, то можно не стараться, Ибрис оправится и убьет. Тут у неспящих пунктик: за увечья и серьезные ранения обидчики платят кровью.

Ибрис прикрыл глаза и покачал головой.

— Не хочу.

Настало время Эвисы удивляться. Вампир нарушал неписанные законы? То ли не считал ее достойной мести, то ли отказался от нее по неведомым собственным причинам.

— Долг? – Помогать неспящему резко расхотелось.

— Желание, — осклабился Ибрис. – Всего одно желание и бескорыстная помощь, и я сделаю вид, будто леди тер Шин никогда не совершала преступлений против рода шан Лен.

— Какое именно? Давайте уточним пределы.

Девушка не хотела зависеть от прихоти вампира. Добить его, что ли?

К некромантке вернулась былая уверенность. И она уже задумалась, подбирая заклинание, но слово-закрепитель так и не слетело с губ.

Эвиса шумно выпустила воздух через сложенные «уточкой» губы.

Докатилась, пожалела вампира! А все отсутствие треклятого нападение и его собственное благородство!

— Все то же, но без желания. За вас-то отомстят, только духу уже все равно. Если дух вообще останется, — с намеком добавила девушка.

Некромантка легко могла лишить Ибриса посмертия.

Вампир наморщил переносицу и согласился. Он потребовал полностью поставить на ноги и укрыть от магов. На вопрос о совершенном противозаконном деянии Ибрис ответил с кривой усмешкой:

— Сестрица! Хотел забрать домой, не вышло.

Эвиса понимающе кивнула и принялась за дело. Чтобы оно продвигалось быстрее, вампир щекотал остатками ногтей шею девушки. Та недовольно сопела, но терпела. Внутри шевелилась самодовольная мысль: неспящему долго придется носить перчатки, чтобы родичи не засмеяли.

Нейтрализатор сработал так же четко, как заклинание.

Ибрис удивленно заморгал, когда тело перестало скручивать от боли, вернулась чувствительность. Оставалась только рана на груди. Эвиса наставила на том, что она несерьезная, но неспящий, упиваясь своей властью, требовал перевязать. Пришлось исполнить каприз. В сумке некромантки лежала аптечка, бинтов в ней хватало: специальность обязывала.

— Рубашку расстегивай! – Ибрис продолжал издеваться.

Эвиса пожала плечами. Если он думал смутить, то просчитался.

С равнодушным видом девушка неторопливо расстегнула пуговицы и потянулась за бинтами. Дыхание вампира нервировало, но некромантка дала себе слово дойти до конца.

Эвиса вздрогнула, когда пальцы Ибриса коснулись щеки, заправляя прядку за ухо.

— Без желаний! – напомнила девушка и в отместку обильно намазала бинты жгучей заживляющей мазью.

— Без условий, — в тон ей ответил Ибрис. – Захочу, все сделаю.

— Все – это убью или укушу? – язвительно поинтересовалась некромантка и начала туго бинтовать. Вопреки ожиданиям, вампир даже не засопел. Не действовало, что ли? – Дальше ваши возможности не распространяются.

— А если нет? – Неспящий говорил тоном искусителя.

Он наклонился ближе и практически касался губами ее лба.

— Нет, так нет, — пожала плечами Эвиса.

Ибрис разочарованно вздохнул и потерял всякий интерес к соблазнению.

Некромантка старательно, по всем правилам, перебинтовала вампира. Сначала она касалась его с опаской, затем осталась настороженность и легкая брезгливость. Однако последняя вскоре сошла на нет. Тело неспящего оказалось не мерзким, вроде трупа, просто прохладным. По виду – обычное человеческое строение, только мышцы иные. Эвиса чувствовала их сквозь кожу.

Девушка твердо решила не смотреть на вампира, воспринимать его как нежить, но взгляд поневоле скользил по телу, изучая вовсе не с анатомической точки зрения.