Казалось, тоннель длился целую вечность. Наконец мотус вынырнул среди плотной городской застройки. Низкоэтажная, она отличалась от той, что просматривалась с окружной магистрали. Только дома все типовые, с шахматными торцевыми стенами, где темные глухие квадраты сменялись прозрачными стеклянными, и узкими щелями окон. Мы остановились у одного такого строения. Ни таблички с адресом, ни других опознавательных знаков. А еще нет рекламы. В бедных районах Масси, а, не сомневаюсь, мы оказались не в фешенебельном центре М-3, если таковой вообще существовал, ее размещали на фасадах, чтобы местные жители могли немного заработать.

— Выходи!

Пассажирская дверь поднялась, красноречиво намекая, поездка закончена.

Боязливо оглядываясь на водителя, вышла и порадовалась, что надела кроссовки. Вместо тротуарного камня на станции использовали бетонные плиты. Они портились от времени, вылезала арматура, мелкие камушки.

Таксист заблокировал мотус и подтолкнул к ближайшему подъезду с сигнальной красной лампочкой под козырьком.

— Идем! Наличных наверняка тоже нет, а так расплатишься, не сбежишь.

Чего нет, того нет, последние оставила в космопорту Нрека.

В доме не оказалось лифта, пришлось подниматься по лестнице. Ее встроили в той самой части здания с шахматными квадратами. Я топала первой, мужчина следом, направляя. Ситуация не нравилась, нервы шалили, но отступать было некуда.

— Стоп и направо, — на очередной площадке скомандовал таксист.

Послушно свернула и попала в унылый коридор офисного типа. В него выходили одинаковые серые двери под буквенно-цифровыми кодами. Быстро сообразила, что буква обозначала этаж, а цифра — собственно номер квартиры. Нам требовалась Г-16.

Мужчина отодвинул меня, велев пока не отсвечивать, и нажал на кнопку звонка. Активировалась пока темная видеопанель, тихо зашипела. Щелкнул замок, и дверь отъехала в сторону, пропуская в недра квартиры.

Никогда прежде мне не доводилось бывать в жилищах обычных граждан. Наш отдельно стоявший особняк не шел ни в какое сравнение с унылыми квадратными метрами Лекса. Непостижимым образом он умудрялся жить, работать и готовить в квартире размером с мою спальню. Повсюду дешевая встроенная мебель, какие-то провода. И экран во всю стену. Догадывалась, он подключен к компьютеру. Собственно Лекс, который столь беспечно пустил нас, устроился с планшетом на продавленном диване и с азартом что-то печатал. Он оказался молодым парнем и совсем не походил на акулу теневого бизнеса. Футболка с популярной панк-группой, ежик крашенных светлых волос, серьга в ухе. Синяя кожа, но абсолютно гуманоидные черты лица. Никак не могла определить его расу, в итоге причислила к полукровкам.

— Привет! — не отрываясь от основного занятия, помахал рукой Лекс.

— Работу привел, — без предисловий начал таксист и вытолкал меня вперед. — Давай, а то у меня счетчик, дамочка не заплатила.

Парень с видимым сожалением оторвался от планшета и посмотрел на меня. Зрачок у него оказался вертикальным, радужка — желтой.

— Ну? — Лекс нетерпеливо притопнул ногой. — Только быстро! Торги скоро, не хочу пропустить.

Догадывалась, речь о виртуальной валюте. Отец тоже играл на биткоинах.

— Мне бы перевести деньги на карту без чипа, чтобы могла спокойно расплачиваться. В идеале и вовсе перевести их на новый счет, анонимный.

Поколебавшись, протянула карту. Если ее украдут, я пропала. Впрочем, если Лекс не сумеет вывести деньги с личного счета, тоже. Отец первым делом заблокирует все операции, повезло, если еще не успел.

Парень повертел карту в руках и кивнул:

— Сделаем.

— Вот так просто? — нахмурилась я.

— Дамочка, — Лекс развязно широко расставил ноги и чуть наклонился ко мне, — ты к специалисту попала. Беру десять процентов.

— Это грабеж! — пискнула я.

На счету солидная сумма, выйдет круглое число.

— Хорошо, восемь, — неохотно понизил ставку парень и предупредил: — Больше не скину, и то себе в убыток. Другие и вовсе двадцать берут. Ну, согласна?

Судьба не оставила выбора, поэтому кивнула.

Лекс усадил меня на диван, а сам с моей картой направился к стене с экраном. Чуть слышно зашумел процессор, вспыхнула панель. Оказалась, она не цельная, а поделена на сектора. В случае надобности парень увеличивал нужную на весь экран касанием пальца.

Пальцы запорхали над виртуальной клавиатурой. Побежали группы строк, непонятные коды. Ой! На экране возникла моя анкета — все, начиная именем, кончая водительскими правами. На Нреке штрафы списывались автоматически, поэтому такие данные тоже попадали в банк.

Испуганно покосилась на водителя: видел ли. Я не доверяла ему, боялась, стоит мелькнуть фамилии Масинес, как мой побег закончится. И вовсе не в отчем доме. Пусть на Нреке похищения — вещь из ряда вон выходящая, тут другая публика. К счастью, мужчину больше волновала дверь, чем информация на экране. Он изредка поглядывал на меня, проверял, не сбежала ли.

Лекс, похоже, о Даконе Масинесе не слышал, потому что не проявил никакого интереса. Компьютерные гении, они такие. Вот если бы в карточке написали сведения об отце, его должность — тогда да, а так только моя персональная информация.

— Возраст такой же оставить хочешь? — деловито осведомился парень. — Расу.

— На год старше, ту же.

Если в то, что мне девятнадцать, поверят, то уши и цвет кожи выдадут с головой.

— Имя, фамилия, место проживания? На заказ дороже, — предупредил Лекс. — Плюс три процента.

— Тогда любые, — вздохнула я.

Тут каждый фунт на счету, согласна даже на Р-45 Базовую. В итоге оказалась Селией Синес — парню было лень выдумывать новую фамилию. Зато имя взяли у реальной клиентки банка, которой недавно выпустили карту. Чуть подправили анкету, и бедняга лишилась, к счастью, пустого счета.

— Нужен чип, — обернулся ко мне Лекс. — Без него не дадут авторизоваться. Вживленный?

Скиснув, кивнула. Придется вынимать? Оказалось, приложить руку к специальному сканеру. На миг стало очень горячо, потом отпустило.