* * *

Репетиция танеита превратились в потешное зрелище, доводившее до истеричного смеха обоих партнеров. Кончалось всё обычно тем, что Нубар Эрш предлагал послать танец и его создателей в лучшие миры (какие, он, разумеется, вежливо умалчивал) и по просьбе Зары коротко рассказывал о приглашённых на церемонию. Потом девушка терпеливо проходила ‘тест на вшивость для принцесс’: отвечала на каверзные вопросы начальника, заданные якобы от лица гостей, училась с вежливой улыбкой учтиво благодарить, когда хотелось познакомить собеседника со всеми родственниками гномьей матери. В заключение Зара с выражением декламировала две коротких речи, пока не вызубрила их назубок.
В качестве компенсации за кошмарную предкоронационную жизнь Эрш иногда помогал с учёбой: девушка поступила-таки в Аспирантуру. Зара не ожидала такой заботы. Она ни о чем не просила, Нубар сам вызвался после того, как пару раз увидел ее с ‘мешками’ под ногами.
— Нечего вам сидеть по ночам с книгой, еще успеете, — повторял Эрш и пытался скорректировать её ментальные заклинания.
Зара привыкла в такие минуты общаться мысленно. Она произносила заклинание, начальник тут же говорил, где девушка ошиблась. Спокойно, терпеливо, не забывая похвалить за малейшие достижения. Только частенько у Эрша не оставалось сил на разговоры. Он терпеливо показывал шаги, ждал, пока Зара сделает все правильно, а то и вовсе оставлял ее тренироваться одну, устало устроившись у стены. Стоило девушке остановиться, решив, будто партнер заснул и занятия закончены, как Нубар укоризненно замечал: ‘Зара, я все вижу’. Приходилось продолжать.
Со всем остальным девушка справлялась сама, а ментальная магия, пусть на выбранной специализации ее преподавание сводилось к минимуму, давалась плохо. Для Эрша же она — родная стихия. Полчаса два раза в неделю — немного, зато можно задать любой вопрос и получить на него ответ. Девушка поражалась, как начальник может столько работать. По ее мнению, с таким распорядком дня долго не живут. Сама она валилась с ног.
— Кто только придумал танеит? — жаловалась Зара после очередной неудачи.
— Люди, — флегматично ответил Эрш.
— Садисты, — не согласилась девушка.
— Не знаю, красивый танец. — Нубар встал в исходную позицию и напомнил: — С правой ноги.
— Поэтому вы его так ненавидите? — поддела Зара.
— Станцуете с мое, поговорим, сеньорита Рандрин. Не отлынивайте, или оставлю одну.
— Не оставите: я ведь опозорю Анторию, вы не переживете, — усталость заставляла девушку язвить. А тут еще никак не удавались шаги. Зара отлично танцевала, и вдруг такая неудача. В пору что-нибудь разбить. — Вы ведь за протокол отвечаете, отец уволит.
— Если кого-то и уволят, то вас. Репутацию королевства я спасу, не в первый раз, а вот вы свою… Работать, Зара! — хлопнул в ладоши Эрш. — Другие с зеркалом танцуют, а я с вами вожусь, ошибки исправляю. Не только танцевальные. Как, удалось заклинание?
Девушка кивнула и понуро отвела руку в сторону. Она танцевала в обычном платье. Коронационное шили. Примерка на той неделе, а еще через одну предстояло оценить все сомнительные прелести танеита со шлейфом.
Тридцатое марта приближалось со скоростью урагана. Страх все испортить все возрастал. Зара замкнулась к себе, все чаще огрызалась во время репетиций, а потом и вовсе перестала разговаривать, мысленно считая шаги. Апполина регулярно поила кузину успокоительным, а начальник, наоборот, подкалывал, видимо, мстил за прежние подначки. Сам он выглядел не в пример свежим, перестал отдыхать в сторонке. Видимо, второе дыхание открыло. Эрш шутил:
— Создаётся впечатление, будто короновать собираются вас, а не Рэнальда Рандрина!
— Вам-то хорошо, — вздыхала девушка, мысленно выстраиваю траекторию танца. — А мне? Вторая пара, все смотрят, оценивают. Потом скажут: дочь короля — неумеха.
— Берите пример с Советника: он спокоен и собран.
— Возьму, — кивнула Зара и попросила еще раз пройти с ней четвертую фигуру.
Разумеется, занятия в Аспирантуре накануне коронационных торжеств пришлось забросить: девушка и так ничего не успевала. Постоянные примерки, репетиции, проверка оформления Дворца заседаний, разговоры со жрецами — и ещё куча других мелочей. К вечеру ноги и голова болели так, что абсолютно ничего не хотелось, а тут ещё проклятый танеит! В четвёртой фигуре девушка неизменно сбивалась на правую ногу. Разумеется, издали незаметно, особенно в парадном платье, но Заре хотелось совершенства. Она уже научилась обращаться со шлейфом и шествовала столь же непринужденно, как в обычном бальном наряде.
Нубар Эрш тягу подчиненной к совершенству не приветствовал. Он всё чаще оставляя Зару на попечение учителя со словами: