* * *

Арилан предпринял ещё одну безуспешную попытку добиться благосклонности Зары. Та приняла его столь холодно, что слова застревали в горле.
Встреча состоялась во внутреннем садике Дворца заседаний, уже тронутом осенним увяданием. Пожелтевшие листья шуршали под ногами, намекая, скоро уже пожар пробежится по кронам.
Зара сидела на скамье и с показным равнодушием разглядывала кольца на пальцах. Сказки о безумной любви не трогали. Девушка и прежде им не верила, тут же и вовсе представляла лицо виконтессы Мейлир. Впору ее пожалеть. Поверила соловью! Зара всегда знала, любовь и слепое доверие до добра не доводят, а если уж встретился с нежными чувствами, пусть тебя любят больше, чем ты.
Потерпев фиаско на поприще сказочника, Арилан попытался бить на жалость, поведав о скорбной участи принца без королевства. Многое утаил, но намекнул: от девушки зависит его жизнь.
— Зара, неужели тебе меня совсем не жаль? — вздыхал принц, кусая губы от досады и безысходности. — Неужели ты желаешь моей смерти?
— Разве ваше высочество кто-то хочет убить? — картинно подняла брови Зара.
Она ждала, когда Арилан сорвет маску и сможет ли стать кристально честным. Пока же девушка разыгрывала неведение. Пусть думает, будто она ничего не знает.
— Зара, ты же прекрасно понимаешь, я последний из Сеговеев, последний из королевского рода, — раздраженно ответил принц.
Он чувствовал: идея не выгорит, и начал паниковать.
— Низложенного королевского рода, — поправила Зара.
По лицу собеседника пробежала тень, но Арилан быстро взял себя в руки и продолжил:
— Даже если без трона я потенциальный король. Во мне течёт кровь венценосных предков, за это многие меня ненавидят.
— А я-то тут причём? — Заре начинал надоедать бессмысленный разговор. — Я их не науськиваю.
— Ты могла бы одновременно стать избранной, как я, и спасти чужую жизнь. Моё положение укрепилось бы, я бы не боялся засыпать по ночам…
— Раз у тебя бессонница, сходи к врачу, брак проблему не решит, — фыркнула девушка.
Ее так и поламывало сказать о разговоре в беседке, поглядеть на реакцию разоблаченного принца. Странно, что он до сих пор на свободе, даже служит. Видимо, дальше разговоров у Арилана не пошло. Кишка тонка.
— Зара, я исполню любое желание, если ты выйдешь за меня! — взмолился, цепляя за соломинку принц. Трон ускользал от него со скоростью ураганного ветра. Подумать только, еще три года назад Арилан о нем и не помышлял, а теперь цеплялся чуть ли не зубами. — Обещаю любить и беречь, как величайшую драгоценность. Ты, наверное, думаешь, я ничего к тебе не испытываю… Поверь, это не так! Когда я вижу тебя, сердце начинает биться чаще, на душе становится так радостно.
Он обошёл вокруг садовой скамьи, обнял и прижал к себе, уткнувшись лицом в шею. Зара попыталась встать, но вышло ещё хуже — Арилан поцеловал её с отчаяньем утопленника. Видимо, решил, раз губы так близко, нельзя не воспользоваться.
— Как ты можешь?! — Девушка влепила ему звучную пощёчину. — У тебя невеста! На месте Бель я бы тебя удавила!
Оторопелый принц отпустил жертву, и Зара поспешила отойти на безопасное расстояние.
Арилан посерел лицом. Осведомленность Зары насчет его отношений с виконтессой Мейлир стала неприятным сюрпризом. Принц лихорадочно гадал, кто рассказал ей о Бель. Они проявляли максимальную осторожность, никогда не беседовали на людях дольше положенного. Значит, шпионы Рандрина. Теперь холодность Зары получила логичное объяснение. Однако принц не сдавался.
— Зара, я не помолвлен, кто сказал тебе такую глупость? — Арилан разыгрывал невинность, однако Зара решила поставить во вранье точку.
— Я вас видела. Не отпирайся, ты затеял историю с женитьбой только для того, чтобы заполучить корону. Я всё слышала и прекрасно знаю, что я — всего лишь средство. Горько сознавать, что человек, которого считала другом, мерзавец, но ничего, убиваться не стану. Даже не надейся. Вопрос о свадьбе закрыт раз и навсегда. — Девушка быстрым шагом направилась прочь от злосчастной скамьи, ставшей свидетельницей начала отношений и их бесславного конца. Ярдов через семь обернулась и, обжигая взглядом, добавила: — Я вас презираю, Арилан Сеговей.
— Зара!
Принц бросился вслед за ней, но девушка предпочла щёлкнуть телепортом, чтобы избежать продолжения бесполезного разговора. Он выбросил Зару на одной из улочек Айши. То ли случайно, то ли сама, не задумываясь, по старой памяти задала координаты, девушка оказалась возле ворот Высшей школы магического искусства. Оглядевшись, Зара отошла к ограде, выравнивая сбитое эмоциями дыхание. Оглянулась, посмотрев на тренировавшихся учеников, и, подумав, толкнула калитку. Нужно и о другом аспекте жизни подумать: о карьере. С теми знаниями, которыми она обладает сейчас, вечно проторчишь на задворках и магом второй категории не станешь. А она ведь совсем о другом мечтала. Да, лучший департамент, да, работа во Дворце заседаний, но ведь даже Элена из приёмной отца — магиня второй категории! Тот же Меллон — уже уважаемый маг. А ведь ему тридцать только исполнится. Сильный, не застрявший на уровне выпускника школы. Ненамного он её старше, а с демонами расправляется только так! Положим, у Зара таланта к боевой магии нет, она и следующий уровень с трудом получит, не то что перейдёт к экзаменам на высшие, зато с остальным проблем не возникнет. Девушка подумала и решила совместить работу с учебой. Аспирантура — это прыжок на новый уровень, уже не сопливая ‘зелёная’ девчушка.
Сеньора Граппа Зара отловила в коридоре: директор с чистой совестью собирался уйти домой. Но не успел.
— Сеньорита Рандрин, какими судьбами? — Он удивлённо поднял брови.
— Добрый вечер, сеньор Грапп. Я хотела бы узнать условия поступления в Аспирантуру.
Зара осмотрелась. Ничего не изменилось со времен учебы. Хотя, если разобраться, она не так давно закончила школу.
— Боюсь, в этом году вы опоздали, — развёл руками директор. — Но всё равно поговорите с Сесилией, — так звали бессменного школьного секретаря. — Она расскажет о направлениях, даст список литературы к экзаменам. Они в начале весны, когда детишки мучаются с практикумами.
‘Детишки’… Три года назад Зара сама была таким ‘ребёнком’.
Весной, значит… Странно, девушка с одногруппниками в свое время никого постороннего в стенах школы не замечали, или экзамены в Аспирантуру в другом месте принимают? Не невидимки же соискатели, обязательно бы на глаза попались.
Зара поблагодарила сеньора Граппа и отправилась на поиски Сесилии. Оставалось надеяться, секретарь не ушла раньше начальства. Девушке повезло: Сесилия оказалась на месте и снабдила кипой бумаг. Некоторые предстояло заполнить, некоторые — просто прочитать.
Специализаций оказалось всего четыре: Боевая магия, Ментальная магия, Лечебная магия и таинственная Общая магия. Документы разрешалось подавать только на одно направление, а чтобы не ошибиться с выбором, каждому соискателю давался опросник, по результатам которого он мог определить свои склонности.
Списков литературы тоже оказалось четыре, но от одного Зара сразу же отказалась: боевая магия не ее профиль. Поколебавшись, всё же взяла листы для менталов. Особой любви девушка к этому виду магии не питала, благо способностями не блистала, но вдруг там отыщется нечто полезное для э-эрри? Тут Зара слаба, может контролировать только людей и низших демонов. Конечно, лучше, если тебя учит другой э-эрри, но кроме отца девушка никого не знала, а уроки Рэнальда Рандрина помнила хорошо, повторять не хотелось. Голова и тело болели долго, а самооценку приходилось восстанавливать.
Темнело. Пока идёшь по улицам, вроде бы незаметно, но стоит заглянуть в лавку или, как Зара, зайти куда-нибудь по делам, как перемены становятся разительными. Минуту назад рдеющий солнечный свет пронизывал паутинкой все вокруг, как уже сгустились тени, а мир поблёк и окрасился в оттенки серого. Зажглись фонари. Открыли двери увеселительные заведения, выстроились в ряд экипажи у особняков, принимавших гостей.
Зара любила сумерки и ценила ночь. Частенько она уходила гулять именно в темное время суток. Иногда летала, иногда сидела на берегу Шина. Подвыпивших компаний не боялась: умела с ними справляться. Вот и сегодня девушка телепортом закинула бумаги на прикроватный столик, чтобы просмотреть перед сном и решила прогуляться и подумать, благо тем хватало. Да и Эйдана не мешало бы увидеть, скучает, наверное. Время для вампира подходящее: косые осенние сумерки, плавно переходящие в ночь. Чем ярче свет фонарей, тем больше вероятности встретить на улицах клыкастого блюстителя правосудия. Интересно, как он запоминает, кого можно убивать, неужели умеет читать? Если нет, то списки, которые периодически подсовывают в его берлогу, бессмысленны. Интуиция подсказывала, среди жертв вампира не только преступники. Радовало лишь то, что обычно он не убивал, только пил кровь. Исключение делал для разного рода тварей, вроде насильников или наёмных убийц.
Эйдана следовало искать в Новом городе, где концентрация магов максимально мала. Забраться в самый тёмный угол, поближе к трактиру и пытаться разглядеть в тусклом свете смазанную тень. И снова вздрогнуть, получив ‘фирменный’ поцелуй в шею.
На одном из перекрёстков улиц Старого города, у подножья очередного спуска, Зару окликнула женщина. Голос показался знакомым, но под капюшоном накидки лица не разглядеть. Женщина махнула в сторону ярко освещённых окон особняка, выходившего на небольшую площадь с фонтаном, и всё встало на свои места. Бель Мейлир.
— Извините, что беспокою в столь поздний час, но дело не для чужих ушей. — Виконтесса глубже надвинула капюшон и огляделась. — Зара, могу я называть вас по старой памяти на ‘ты’? — Девушка кивнула. — Прекрасно! Зара, нам нужно поговорить. Полагаю, удобнее у меня.
— Зная, кем работает твой отец, говорить в доме ещё опаснее, чем на улице, — рассмеялась Зара.
Виконт Мейлир заведовал безопасностью Антории и преуспел в разного рода следящих чарах.
— Я тоже кое-что умею, — усмехнулась Бель, без помощи ключа отворив парадную дверь. — Извини, использую одно заклинание: не хочу, чтобы нас видели. В другой раз с радостью познакомлю с родными.
Зара понимающе кивнула. Вряд ли Бель удалось бы внятно объяснить родителям незапланированный визит дочери Советника. Только где слуги, привратник, дворецкий?
— Они не слышат, — пояснила Бель. — Для всех дверь заперта, а я — дома.
Прямо из холла, который Зара не успела толком рассмотреть, виконтесса перенесла обеих в свою спальню. Воздух в комнате звенел от магии, которая, казалось, исходила даже от надкусанного яблока на тарелке. Раскрытая на середине книга ‘Основы искусства маскировки’ лишь усиливала чувство уважения к хозяйке спальни. Зара сразу отметила нестандартные охранки на окнах и позавидовала былой одногруппнице: девушка так и не научилась ставить даже простейшие. А тут и пульсирующий магический луч фиксации движения, и паутина ‘Смерть ворам’, и обводка по периметру, включая потолок. Интересно, как Бель её устанавливала, не левитировала же?
Сделав пару движений, на поверку оказавшиеся быстро выписанными в воздухе буквами ‘БМ’, Бель пригласила гостью сесть, сама же осталась стоять.
— Ты, наверное, догадываешься, зачем я тебя позвала?
Зара пожала плечами. Догадывалась, речь о принце, но что конкретно?
— Нам нужно поговорить об Арилане. Точнее, я хочу заключить с тобой сделку.
— Сделку? — Девушка ничего не понимала. Скажи собеседница что-то, вроде: ‘Отпусти его и не мешай нам’ или ‘Ответь решительным отказом’, она бы поняла, но сделка…
— Именно. — Виконтесса прошлась по комнате и остановилась против гостьи. — Оставим сантименты. Я люблю принца Арилана и знаю, что моё чувство взаимно. Не бойся он Советника, об этом бы все знали. Впрочем, я могу доказать наличие ответных чувств. Не словами — вещами. Арилан подарил мне кольцо матери. Его издавна дарили любимым женщинам мужчины из рода Сеговеев. На ободке надпись на эльфийском: ‘Единственной’. Ты маг, знаешь, подобные вещи можно только дарить, украденное кольцо потемнеет: оно ведь эльфийское.
Бель протянула руку с подарком возлюбленного. Кольцо оказалось витым, будто сплетённым из десятка золотых нитей, на каждую из которых нанизана бусинка бриллианта. О том, сколько оно стоило, лучше не думать. Разумеется, будучи эльфийской, вещица оказалась не без сюрприза: скромной магической составляющей, умело заключённой в металл. Она защищала от сглаза и нападения нежити. Красивый и полезный подарок.
Как и говорила Бель, плетение дополняли две пластинки: одна с надписью, другая — гербом. Зара, применив увеличительное заклинание, рассмотрела пластины. Несомненно, вещь принадлежала Сеговеям.
— Оно великолепно! — прошептала Зара, любуясь тонкой работой. — Но ты могла бы его не показывать. Я слышала разговор в саду Андеша.
Девушка ожидала смущения — ничего подобного, виконтесса даже бровью не повела.