— А? — недоуменно уставилась на Лотеску.

— В качестве извинений, Магдалена. Вы ведь этот сорт шампанского любите.

— Люблю, — кивнула я, — но покупать не надо.

— Иногда я перегибаю палку, — неожиданно признался начальник и тронул за плечо. — Улыбнитесь, недаром же платье надели. Оно вам очень идет, Лена. Очень, — задумчиво повторил он.

— Спасибо.

Обида прошла, чувствовала, ему самому неудобно и неприятно случившееся.

Замолчали.

Лотеску стоял так близко, что кожу щекотали теплые полы пиджака. Невинная сцена отчего-то казалась интимной, до легкой дрожи, хотя, безусловно, виной всему недавний разговор.

Наконец хассаби отмер, оторвал взгляд от зеленых далей и махнул рукой в сторону вагона-ресторана:

— Прошу! Потратим немного денег Абеля Бернарда.

Вечер, начавшийся с недоразумения, прошел замечательно. Словно стремясь загладить вину, Лотеску развлекал выпивкой, едой, даже танцами. Мы объединились против другой пары и таки их перетанцевали. Потом, прихватив по стаканчику из бара, направились в бильярдную.

Логично проиграла, зато повеселилась.

В итоге спать ушла первой. Хассаби задержался в курительной, по его словам, позвонить брату. На самом деле не желал стеснять.

В дорогу прихватила пижаму, поэтому выглядела прилично, но на всякий случай по шею укрылась одеялом.

Пикантная ситуация: в одном купе с мужчиной, который не муж и не любовник! Однако первая ночь прошла нормально. Лотеску переодевался в санузле, при мне даже рубашку не расстегнул, хотя спал по пояс обнаженным. С моего согласия:

— Если вас смущает, скажите.

Меня не смущало, я хотела спать: устала. Может, в другой раз полюбуюсь чужим телом, а потом продам красочный рассказ газетам. Словом, начальник вместо ответа получил нечленораздельное мычание.

10