Супруг бережно опустил ношу на огромную кровать под алым пологом, затканным цветами. На ней легко бы поместилась целая семья без риска соприкоснуться локтями. Белье подобрано в тон – то же алое. Стефания знала, это цвет счастья и плодородия, но на ум приходила кровь. Рассмотреть остальное убранство комнаты она не могла: свеча отвоевала у мрака лишь узкую полоску ковра и изножье той самой кровати.

— Ну, как тебе ложе? По-моему, достойно короля.

Муж подложил ей под голову подушку, но покрывало откидывать не стал.

— Красиво, — сдавленно ответила молодая женщина.

Она терпеливо наблюдала за тем, как Ноэль стаскивает с нее башмачки.

— Тяжело? – заботливо поинтересовался виконт.

— Спасибо, уже лучше.

Опешившая от внимания мужа Стефания залилась краской. Каково ему возиться с пьяной женой! Немудрено, что он весь вечер хмурился. А как Стефания смотрелась со стороны, что скажут люди?

— Не тошнит?

На пол полетели чулки. Задрав юбки супруги, Ноэль возился с застежками нижней юбки. Фасон платья не предполагал каркаса, иначе бы пришлось возиться с хитроумными креплениями.

— Нет.

— Вот и прекрасно!

Виконт, насвистывая, кинул нижнюю юбку поверх чулок и выпрямился.

Камзол полетел в темноту, вслед за ним рубашка.

Стефания в ужасе наблюдала за мужем, потом встрепенулась и на четвереньках попыталась сползти с кровати. Не успела: руки мужа намертво прижали к простыням.

— Куда это вы собрались, миледи? – склонившись к самому уху, прошипел он. — Как видите, мы одни, темно — чего вам еще угодно? Не ломайте комедию и выполняйте супружеский долг. Сейчас управимся быстро, ночью поласкаю дольше.

— Но…но я не хочу, не желаю! – завопила Стефания.

Сейчас и ночью? Будто ему мало!

Полуобнаженный Ноэль ухватил жену за подбородок, заставив посмотреть в глаза.

— Ты дурно воспитана. Учти, мое терпение не безгранично. Я требую лишь исполнения супружеского долга. Выбирай: отдашься добровольно, или я возьму тебя силой. И, заметь, буду в своем праве.

Виконт отпустил жену и потянулся к шнуровке платья. Стефания отшатнулась и, не удержав равновесия, упала на покрывало. Муж лег рядом и, усмехаясь, быстро расшнуровал лиф. От ее теплых ладоней на корсете сердце Стефании забилось пойманной птичкой.

— Какие аппетитные фрукты растут в саду Эверинов!

Пальцы Ноэля стиснули приподнятые шнуровкой полукружия. Раз, и он вытащил их и припал к соскам. Язык оплетал их, словно завязывал узлы на веревке, пальцы грубо потягивали и пощипывали.

— Ммм, не стоит прятать такой урожай, женушка!

Рот виконта накрыл одну из грудей, рука сжала вторую, начала месить, словно тесто.

— Ты ведь хочешь нравиться мужу?

Раз – и корсет с легким треском разошелся. Стефания опасалась, муж испортил его. Обидно! Хороший корсет дорого стоит, где виконтесса возьмет еще один? Безусловно, можно заказать новый, да и в сундуках найдется еще один, но каждый корсет подбирается под определенный наряд.

— Хочу, — обреченно признала поражение виконтесса.

Муж быстро стянул с нее платье и панталоны, оставив лишь чулки и пояс с подвязками.  Стефания плотно сжала бедра. По коже бегали мурашки. Может, в спальне и темно, но она все равно голая, и ей безумно страшно.

Виконт уложил супругу на середину постели и избавился от штанов и чулок с подвязками.

Стефания сдавленно пискнула, когда губы коснулись шеи, а пальцы скользнули между ног, безжалостно раздвигая бедра.